Участок земли в Новогрудке, связанный с территорией бывшего еврейского гетто времен Второй мировой войны, был продан на аукционе частному покупателю — Андрею Запольскому, президенту частной компании Wurtland Oil Works (WOW) из Кентукки (США) и владельцу интерактивного парка «Великое княжество Сула». Сделка вызвала обеспокоенность еврейских организаций и потомков выживших, участвующих в проекте создания мемориального комплекса на этом месте, сообщает Jewish News.
В 2025 году местные власти Новогрудка, Еврейский религиозный союз Республики Беларусь и Белорусский фонд мира подписали соглашение о создании Белорусского музея Холокоста и Сопротивления. Проект должен был расширить существующий Музей еврейского сопротивления, открытый в 2007 году при участии исследователей и представителей еврейской общины.
Новогрудок является одним из ключевых мест памяти Холокоста в Беларуси. По оценкам, здесь были убиты около 11 000 евреев. Центральным эпизодом истории стал побег 26 сентября 1943 года, когда 232 заключённых гетто вырыли 200-метровый туннель и сумели бежать к партизанам, став частью одного из крупнейших задокументированных побегов из нацистских лагерей в Восточной Европе.
Аукцион и продажа участка
В мае 2026 года стало известно, что участок, включающий часть территории бывшего гетто и связанные исторические здания, был продан на аукционе. Торги завершились менее чем за минуту и прошли без участия других претендентов. Победителем стал бизнесмен Андрей Запольский, заплативший более 571 тысячи белорусских рублей. Участники мемориального проекта заявили, что не были уведомлены о пересмотре ранее достигнутых договоренностей.
Что хотят сделать новые владельцы
По данным издания, новый владелец участка Андрей Запольский и его партнеры рассматривают создание на территории бывшего гетто в Новогрудке иммерсивного историко-туристического проекта с элементами реконструкции.
Обсуждаемая концепция — «воссоздание атмосферы» гетто и событий Второй мировой войны на месте. В рамках этих идей упоминалось использование визуальных реконструкций, включая манекены, которые должны изображать как заключённых, так и нацистских охранников, чтобы, как утверждается, показать соотношение сил и условия жизни в лагере.
Также обсуждалась установка элементов исторической декорации — колючей проволоки, сторожевых конструкций и других объектов, создающих эффект «погружения» в пространство гетто. В отдельных описаниях речь шла о возможном использовании театрализованных или музейных приёмов, характерных для современных иммерсивных парков.
Отдельно упоминалось, что часть зданий на территории может быть адаптирована под туристическую инфраструктуру, включая объекты обслуживания посетителей. В частности, в материале фигурировала идея переоборудования одного из исторических строений в место размещения гостей с концепцией «полного погружения» в историческую среду.
Новый владелец в комментариях, приведённых в тексте, подчеркивает, что подобные элементы рассматриваются как часть образовательного музейного подхода и что аналогичные методы — манекены, реконструкции и инсталляции — широко используются в музеях по всему миру.
Позиция Тамары Вершицкой
Тамара Вершицкая — специалист по еврейскому наследию и сооснователь первого музея, открытого в 2007 году в Новогрудке. Она на протяжении многих лет работала с историками, международными организациями и семьями выживших, чтобы сохранить историю побега из гетто и собрать свидетельства о его участниках. Вершицкая подчеркивает, что музей всегда строился вокруг подлинности места и личных историй выживших, а не реконструкций или туристических интерпретаций. В комментариях изданию, она выражает обеспокоенность тем, что новый проект может уйти в сторону иммерсивного формата, который, по ее мнению, рискует исказить саму природу памяти о трагедии.
«Я не знаю ни одной другой страны, где территорию гетто продали бы частному лицу, когда там практически ничего не осталось, буквально пара зданий. Это я создала тот музей, а власти никогда им особо не интересовались. Когда мы создавали музей в 2007 году, их реакция была: «А почему вас так волнуют евреи?»
Она говорит, что встречалась с Запольским и сотрудниками парка «Сула», и они разговаривали час.
«Он хочет, чтобы тысячи туристов приезжали и посещали это место, что хорошо, однако он понятия не имеет о ценности этого места. И он не хочет слышать, что то, что он предлагает — это неправильный путь», — говорит она.
Вершицкая отказалась от участия в проекте.
Реакция участников мемориального проекта
Представители еврейских организаций заявили, что продажа фактически поставила под вопрос реализацию ранее согласованного мемориального проекта. По их словам, после изменения подхода местных властей соглашение 2025 года утратило практическую силу.
Белорусский фонд мира участвовавший в первоначальной договоренности фактически вышел из соглашения.
Решение, принятое в июле 2025 года, «утратило свою силу из-за изменения позиции Новогрудского райисполкома и его видения формы будущего проекта», сказал изданию Jewish News Максим Мисько, председатель правления этой организации.
Обеспокоенность еврейской общины и потомков
Потомки выживших и представители еврейских организаций выразили обеспокоенность тем, что территория, связанная с массовыми убийствами и побегом из гетто, могла быть продана без консультаций с участниками мемориальной инициативы.
Также издание связалось с международным мемориальным центром Представитель Яд Вашем.
Там заявили: «Недавние сообщения о планируемых застройках на территории мемориала в Новогрудоке вызвали обеспокоенность. Яд Вашем не был официально уведомлен о каких-либо новых планах в отношении этого места, и ни один из потенциальных застройщиков не связывался с ним. Председатель Яд Вашем направил письмо послу Беларуси в Израиле с просьбой разъяснить ситуацию и предоставить дополнительную информацию по этому вопросу».
Позиция нового владельца
Андрей Запольский и его деловой партнер и школьный друг Евгений Мельцер заявили, что приобрели участок на законных основаниях через аукцион и не знали о существовании ранее подписанных соглашений.
Они утверждают, что рассматривают территорию как основу для историко-культурного проекта, а не коммерческого парка, и подчеркивают, что окончательная концепция пока не определена.
Евгений говорит, что он и Андрей участвуют в проекте «из-за личного интереса ко Второй мировой войне и потому, что они выросли в Минске», где «ходили в такие места, чтобы раскапывать артефакты».
Его дедушка, Айзик (Исаак) Рафамлович Мельцер в войну спасся в отряде 106 — втором по величине еврейском партизанском отряде, который стоял лагерем в 7 км от отряда Бельских в Налибокской пуще. Мельцер говорит, что владение этим объектом — это «осуществление мечты» для него и для Андрея Запольского.
